Посещая шато Сент-Эмильона и Помероля, невольно отмечаешь, что и размеры хозяйств, и площади принадлежащих им виноградников совсем невелики. Подобное высказывание звучит, по меньшей мере, как преувеличение по отношению к расположенным здесь участкам виноделов-гаражистов. Вот где действительно каждая лоза наперечет, а весь процесс винификации происходит в маленьких помещениях, сопоставимых по размеру с гаражными мастерскими. За виноградником в два-три гектара осуществляется особый, практически лилейный уход.

С одной лозы в ход идут только лучшие четыре-пять гроздей, которым посчастливилось по мере вызревания пройти неоднократный отбор и уцелеть, в отличие от своих многочисленных собратьев, которые безжалостно обрезались, чтобы обеспечить оставшимся всю мощь и насыщенность. Чрезвычайно низкая урожайность — всего лишь порядка 20 гл/га — могла бы повергнуть в уныние любого другого производителя. Но только не гаражиста. Здесь любовно взращенному винограду и дальше гарантируется индивидуальный подход — ручной сбор при достижении максимальной зрелости, никаких комбайнов, строгая сортировка, особые технологические приемы, розлив без фильтрации… Уже одно только сочетание всех этих манипуляций обеспечивает на выходе высококлассный продукт. Прибавьте к этому мизерный объем партий, спрос, во много раз превышающий предложения, и цены — как на premier grand cru.

Как и любой другой штучный товар, появлению которого предшествуют самоотверженный труд и многочисленные эксперименты, гаражное вино вызвало большой интерес как со стороны экспертов, так и коллег по цеху. Но если мнение критиков было по большей части позитивным, то отношение виноделов оказалось весьма неоднозначным. Особенно это коснулось особых технологических приемов, зачастую применяемых гаражистами. Больше всего нареканий приходится на микрооксидацию и переизбыток нового дуба. Дело в том, что суперконцентрированность получаемых вин отчасти объясняется использованием при первичной и вторичной ферментации, а также последующей выдержке новых обожженных бочек, а неестественно быстрое старение вина вызвано микрооксидацией (микрооксигенацией) — искусственном насыщением воздухом с целью сглаживания избыточных танинов. Справедливости ради надо отметить, что применение этих методов не является всеобщим увлечением гаражистов, и также свойственно виноделам, не имеющим ничего общего с данным течением.

Заметьте, что говоря об этом экспериментальном виноделии, зародившемся в Бордо, мы еще ни разу не упомянули так превозносимый здесь терруар. И действительно, гаражные вина в меньшей степени отображают индивидуальность почвенно-климатических условий своего происхождения: здесь скорее делается ставка на максимально бережный уход за лозой и технологические усовершенствования. Все эти факторы небезосновательно ставят в упрек новаторам региона. Региона, где по ходу всей его истории призывают защищать незыблемость терруара. Само упоминание термина «гаражное вино» вызывает в высшей касте производителей Бордо, по меньшей мере, скептические усмешки и раздражение — ведь они преуспели в своем мастерстве и без модернистских затей.

Как бы то ни было, а ситуация на рынке за прошедшие 10-15 лет демонстрирует способность гаражистов превратить свое начинание в настоящее явление в винном мире, сопровождающееся нескончаемой шумихой. Виновник всей этой сумятицы — Жан-Люк Тюневен. Не будучи профессионалом в данной области, он все же приобрел маленький виноградник в Сент-Эмильоне и в 1991 году представил на суд свой первый опыт. Это было теперь уже знаменитое вино Шато де Валандро (Chateau de Valandraud). Неизвестному микрохозяйству не пришлось долгие десятилетия терпеливо ждать признания. Оказалось достаточно всего нескольких последующих урожаев, и всемогущий критик Роберт Паркер поставил Valandraud в один ряд с самыми прославленными винами мира. А уж после его высокой оценки практически вся винная журналистика разразилась восторженными панегириками в адрес Тюневена. Те же, кто обвинял винодела и его последователей в авантюризме, предрекая скорый провал и недолговечность успеха гаражных вин, оказали экспериментаторам добрую услугу. Даже деклассификация в итоге пошла только на пользу имиджу виноделов-новаторов — на фоне отрицания и критики возник особый интерес к их продукции. Со всеми вытекающими атрибутами успеха — повышенным спросом, ажиотажем, запредельными ценами.

Следуя модному поветрию, многие коллекционеры не преминули приобрести ящик-другой многообещающего вина. Правда, насколько оно окажется многообещающим — это еще большой вопрос. По данным уважаемого издания Decanter, последние дегустации урожаев 90-х показали, что многие гаражные вина едва ли способны выдержать испытание временем — слишком уж быстро они стареют. Однако это не мешает продавать Chateau de Valandraud дороже, чем Chateau Latour. «Потенциал развития вин — это настоящее таинство», — считает Жан-Люк Тюневен. Действительно, никому еще не удалось вразумительно объяснить, почему при схожих условиях вина двух соседних виноградников через пятнадцать лет проявят себя по-разному, одно — выдающимся, а другое — посредственным.

Элитные вина в небольших количествах производились всегда. Поэтому замысел Тюневена не был хоть сколько-нибудь революционным. Причиной всему стали огромное желание новичка делать отличное вино и несоответствующие этому условия: отсутствие необходимых средств, слишком маленький и далеко не лучший виноградник, малоприспособленное хозяйство. Прообразом будущего вина послужило прославившееся десятилетием ранее Chateau Le Pin, применившее для изготовления схожий подход, правда, еще и на выдающемся терруаре. С тех пор производство Тюневена увеличилось, это уже совсем не гараж: объемы Chateau de Valandraud возросли до 15 тысяч бутылок в год, воплощены в жизнь и другие впечатляющие проекты, среди которых еще одно знаковое вино — Marojallia из Марго. Под руководством Жана-Люка Тюневена создана негоциантская компания, предлагающая как французские гаражные вина, так и культовые зарубежные. Вслед за Valandraud на рынке появилось множество редких и очень интересных вин: Chateau Tertre Rotebeouf Франсуа Митьявилля, La Mondotte Стефана фон Нейперга, Magrez Fombrauge и Serenite de Poumey Бернара Магре и др. Гаражное виноделие сегодня успешно практикуется во всех регионах Франции. Полные честолюбивых намерений виноделы Италии, Испании, Германии, Нового Света и других стран весьма преуспевают, экспериментируя с ассамбляжами и новыми технологиями. Со временем будут совершенствоваться методы, меняться терминология, трансформироваться стиль, но суть самого явления останется прежней — изготовление эксклюзивных вин малыми партиями с применением всех доступных способов. Пятьсот-семьсот-тысяча долларов — уже не предел за бутылку выдающегося гаражного вина. Соответствует ли стоимость содержимому бутылки? В данном случае свои особые правила ценообразования диктуют мода, рейтинги критиков и престиж. Здесь не существует однозначных ответов, и даже беспристрастные оценки одних могут кардинально отличаться от мнения других в силу субъективности восприятия вкуса каждым отдельным человеком.

Источник Журнал Империя Вкуса, автор: Екатерина Волкова